Война становится все более кровопролитной, однако широкое позиционное противостояние сохраняется уже несколько лет. Ежедневно гибнут люди, но говорить об этом становится все труднее. Это ежедневный кошмар без видимых военных решений для обеих сторон.

Существует отдельный жанр – высмеивание Владимира Путина, чьи заявленные достижения настолько опередили линию фронта, что достигли Святогорска, расположенного примерно в 20 километрах от реального местоположения его войск. Однако этот анекдот работает лишь единожды. Путин уже давно ведет собственную войну, оторванную от реального положения дел. По всей видимости, решения принимаются на основе оптимистичных отчетов о бесконечных продвижениях. Война должна делать Путина счастливым, поэтому генералы потакают ему.

Однако реальность вторглась в эти интимные отношения между Путиным и его войной.

Контрнаступление в районе Лимана

В то время как одни рисовали карты заранее, Украина тайно подготовила и провела локальное контрнаступление в районе Лимана. Украинские войска не только значительно отодвинули линию фронта, но и, по их утверждениям, захватили рекордное число российских солдат в ходе одной операции – 250 человек. Представленные видеоматериалы могут не подтверждать точное число, но демонстрируют десятки пленных.

Разрыв между отчетами и реальностью, слои лжи стали настолько велики, что если противник не объявляет о своих планах и достижениях, а такие источники, как DeepState, не обновляют свои карты, российское военное руководство и сам Путин узнают о локальной катастрофе только после ее завершения – когда украинцы начнут сообщать об освобожденных территориях и захваченных солдатах. Пока реальность не представит неопровержимые доказательства поражения, Путин и его Генеральный штаб будут продолжать вести войну в десятках километров от фактического расположения своих войск.

Подобные события напоминают, почему режим, подобный российскому, не должен вести войну. Выборы гораздо проще: объявить Виталия Милонова выбором жителей Санкт-Петербурга – и он снова депутат. Объявить, что граждане единогласно проголосовали за еще пять лет войны – и кто будет оспаривать это? Победа удивительно легка, когда победителей назначаешь сам. Можно даже заранее знать точный результат. Война так не работает.

Путин теперь повторяет практически в каждой речи, как заезженная пластинка, что российские войска продвигаются на всех направлениях. Ему показывают красиво раскрашенную карту. Ежедневно перечисляются названия все новых и новых населенных пунктов. Затем поступают реальные сводки с поля боя, и внезапно выясняется, что Украина предприняла локальное наступление и захватила 250 российских военнослужащих. Внезапно война с реальным вооруженным противником отказывается подчиняться заявлениям Путина.

Можно переизбрать себя на новый срок, просто переписав конституцию. Но включение чужой территории в ту же конституцию не сделает ее вашей. Ваши войска также не продвинутся ни на сантиметр ближе к Запорожью, потому что вы объявили его российским муниципалитетом. Убеждая себя и всех остальных в своих успехах на фронте, руководство зашло так далеко, что, согласно официальным российским картам, текущее контрнаступление Украины происходит глубоко в российском тылу. Даже тот, кто ничего не понимает в стрелках и цветных областях на этих картах, может увидеть, что что-то не так.

Если ваших солдат берут в плен на камеру в нескольких километрах от предполагаемой линии фронта, это уже не локальная неудача, которая случается в любой войне. Это явный признак того, что вы солгали не только всем остальным, но и самим себе настолько основательно, что теряете контроль над ситуацией. Таким образом, к пятому году войны эта паутина лжи выросла настолько, что ни Путин, ни Министерство обороны, ни генералы – никто из руководства – не имеет четкого представления о том, где находятся их войска и чем они занимаются. Трудно представить более унизительную ситуацию для главнокомандующего, чем правда, проявляющаяся столь невыгодно. Оказывается, не только за годы не было практически никакого значимого продвижения, но и он сам полностью потерялся в собственной войне. По-видимому, даже мелкий провластный блогер с несколькими сотнями подписчиков лучше осведомлен о местонахождении войск, их состоянии и действиях, чем те, кто отдает приказы. И чем больше ложь, тем унизительнее столкновение с реальностью. Тем хуже выглядит сам Путин. Было бы достаточно, если бы он просто лгал и преувеличивал свои успехи. Политики так поступают. Но похоже, что другие лгут ему, а он охотно повторяет их ложь.

Неправильные выводы

Мы анализируем это не для того, чтобы высмеять Путина. После 27 лет мы ясно усвоили, насколько Владимир Путин чувствителен к публичному унижению. Когда он чувствует себя униженным, он может легко совершить поступки, от которых обычно воздерживается. Вспомните прошлый раз, осенью 2022 года, когда война начала явно разваливаться в его руках. Путину пришлось в спешке объявлять мобилизацию, несмотря на полную неподготовленность системы. Мы знаем, что он не прощает и не забывает публичного унижения. Обещания и соглашения в таких обстоятельствах ничего не значат. Евгений Пригожин, чей самолет упал с неба, мог бы подтвердить это. И, очевидно, есть только один способ заглушить такое унижение: эскалация.

Когда кадры показывают захват российских солдат на территории, которую вы давно объявили своим глубоким тылом, вы выглядите как человек, потерявший всякий контроль над начатой войной. Поэтому вам нужно сделать что-то, что сделает эти кадры нерелевантными. Как обычно, месть за унижение не будет направлена на тех, кто его причинил. Не на генералов, которые так долго водили Путина за нос и выставляли его наивным дураком. Даже не на Украину – Путин уже ведет против нее войну всеми силами. Как всегда, униженный Путин представляет наибольшую опасность для собственных граждан. Тем более сейчас, в этот опасный поствыборный период.

Мы вернемся к этому после рекламы.

Мы вернулись. Мы говорили о том, что униженный Путин представляет наибольшую угрозу для собственных граждан. Это опасный поствыборный период. Одновременно происходит ряд тревожных событий. Во-первых, мы должны признать, что ползучая мобилизация – совершенно беззаконные облавы на людей, начавшиеся в Пензенской области – теперь происходит по всей стране и, по всей видимости, набирает обороты. Во-вторых, трудно игнорировать, насколько прочно в официальном дискурсе укоренилась перспектива войны с Прибалтикой в той или иной форме. И чем громче они отрицают эту перспективу, чем торжественнее РИА Новости удаляет спорную статью со своего сайта, тем труднее избавиться от дежавю начала 2022 года. Тогда те же люди с тем же театральным возмущением отрицали всякую перспективу войны с Украиной.

Мы должны помнить, что чем более явно война разваливается, и чем слабее выглядит Путин, тем выше вероятность какого-либо крайнего действия. Никто не придет к выводу, что такие неудачи, как происходящая сейчас в Лиманском секторе, требуют меньше лжи. У генералов есть сильные стимулы держать Путина довольным, и они будут продолжать в том же духе. Вместо этого они сделают другие выводы о том, как избежать нового унижения. Например, что фронту нужно гораздо больше людей. Что привлечение еще 300 000 человек одновременно – цифра, которую французский президент Эммануэль Макрон упоминает, обсуждая перспективу мобилизации в России – почти само по себе решит проблему. За счет численного превосходства российская армия могла бы попытаться наверстать упущенное в соответствии с фантазиями своего руководства.

Или они придут к выводу, что Европа, помогающая Украине оружием и деньгами, виновата в успехах Украины, и поэтому нуждается в большем давлении. Они могли бы перейти от отдельных провокаций, таких как дрон в Лейпциге или регулярные полеты дронов "Гербера" вблизи аэропортов, к полномасштабным ракетным и бомбовым ударам и фактическим актам саботажа. Цель состояла бы в том, чтобы сделать стоимость поддержки Украины неприемлемо высокой для ее союзников. Или они придут к выводу, что вместо глубоко неуспешного украинского фронта, который продолжает выдавать унизительные новости, независимо от того, как раскрашивают карту, России нужен фронт, где она могла бы реально победить за три дня. Они могли бы, например, защитить русскоязычное население, якобы угнетенное в странах Балтии, и взять Нарву.

При таком очевидном провале, таком разрыве между заявлениями и реальностью, наш режим видит только два варианта: попытаться любой ценой обратить неудачу вспять или полностью вытеснить ее из новостей. Сделать что-то, что сделает эти 250 пленных, снятых на камеру, нерелевантными.

Причина для мести

Мы должны помнить, что для Путина эта война больше не является политическим трюком. Это личное; война слилась с его самоощущением. Уже давно он не может говорить ни о чем, кроме нее. Он по-прежнему очарован этими картами и их бесконечными новообретенными цветными участками. Когда реальность тычет его носом в ложь, это не просто поражение на поле боя, а личное оскорбление. Сам Путин перечислял названия всех этих фантомных населенных пунктов и исправно кивал в ответ на доклады своих генералов. И сам Путин был выставлен дураком. Даже в единственной задаче, которая для него наиболее важна, его собственном заветном начинании, он оказывается настолько некомпетентным, что узнает о местонахождении своих войск только тогда, когда украинское командование решает ему об этом сообщить.

Наиболее разумное предположение таково: чем хуже идут дела, и чем чаще он получает такую обратную связь, тем свирепее становится Путин и тем больше он готов жертвовать. Не для того, чтобы выиграть войну – в ее нынешнем виде она принципиально не может быть выиграна – а для того, чтобы не выглядеть слабым и некомпетентным дураком, которому любой генерал может скормить любую историю.

Это возвращает нас к извечному вопросу о том, что влияет на Путина и что для него важно. Многие склонны думать, что его решения формируются состоянием экономики, дефицитом бюджета или настроениями среди элит или общественности. Но нет. На Путина влияет явный разрыв между его амбициями и его возможностями. Осознание того, что война – это не выборы, и не вопрос объявления кого-либо иностранным агентом или экстремистом. Чем больше побед вы себе присуждаете, тем более унизительным будет столкновение с реальностью.

При рассмотрении перспективы эскалации и готовности Путина рисковать, мы должны смотреть в первую очередь не на цифры или рациональные аргументы, а именно на эти события, которые не имеют ничего рационального. Что они содержат, так это унижение и причину для мести.

До завтра!